Статья к 20-летию Чернобыльской катастрофы

Чернобыль – город Киевской области, райцентр, расположен на реке Припять (приток Днепра) при впадении в нее реки Уа, в 18 километрах от железнодорожной станции Янов. Речной порт.

С 1941г. Чернобыль – город. В городе ремонтно–эксплуатационная база Днепровского речного пароходства, заводы: чугунно – литейный, сыродельный, комбикормовый, участок Киевского производственного художественного объединения; РАПО; промышленный комбинат; комбинат бытового обслуживания; два ПТУ, четыре общеобразовательных и одна музыкальная школы, больница, поликлиника. Дом культуры, кинотеатр, библиотека.

Чернобыльская АЭС – первая АЭС на Украине , вблизи г. Чернобыля. Общей мощностью 4 млн. квт. Первую очередь (2 реакторы по 1 млн. квт.) введен в действие в 1975г., другу (2 реакторы) в 1983г. В апреле 1986г. На ЧАЭС произошла авария 4-го энергоблока. Вследствие государственных мероприятий этот блок было похоронено в спец. саркофаге. А в 2001г. Было закрыто.

26 апреля 1986г. в 1 ч. 23 мин. на 4-ом реакторе ЧАЭС произошёл взрыв, который привел к наибольшей техногенно-экологической катастрофе современности, создал ситуацию, влияние которой будет сказываться на жизни не одного поколения.

Причины аварии

Поиски причин аварии по сей день не разгаданы и продолжают привлекать внимание наших соотечественников и мировое сообщество ученых. За последние годы появились 2 основных гипотезы. Одна предложенная русскими учеными. Она базируется на известном для ученых и специалистов факте сейсмического явления неизвестного происхождения в зоне АЭС за 20 сек. К аварии на ней.26.04.1986г. в 01:23:39(+/-1) три автономных сейсмических станции слежения за подземными ядерными взрывами (Плушковычи, Норинськ, Подлубы), что принадлежит РАФН, зафиксировали в зоне ЧАЭС локальное сейсмическое явление с тритиловым эквивалентом в 10 тонн. Оператор 26.04.1986г. в 01:24:40 нажал кнопку аварийной защиты АЗ-5. Почему решение про включение АЗ было принятое оператором именно в настоящее время, до сих пор установить не удалось. По свидетельству ответственного руководителя испытательная кнопка АЗ-5 была нажатая, будто в связи с завершением испытаний. Могло быть такое стечение обстоятельств случайным? Исследования показали: не исключенная вероятность того, что вибрационно-незащищенная система реактора 4-го блока ЧАЭС в период работы в внештатной ситуации за 16 сек. к первому взрыву испытала влияние, и это привело к невозможности введения графитовых стержней- умедлителей.

Еще одна научная версия в отличие от сейсмической – электротехническая. Причина аварии по этой версии, связывается не с конструктивными недостатками, а с сбоем в работе электротехнического оснащения, которое привело к отключению электродвигателей, которые обеспечивают подачу воды для охлаждения реактора. Дальнейшее развитие событий привел к подъему горючей массы у воздуха с эпицентром под крышей центрального зала и теплового ядерного взрыва. Эта гипотеза належит сотрудничеству РНУ „Курчатовський институт” . Эта гипотеза совсем новое направление исследований, которые до сих пор в Украине не рассматривался. За его расчетами эпицентр находился на высоте приблизительно 55-65г над уровнем земли ( ≈ 20-30г. над полом центрального зала) в средине шатра центрального зала, а эквивалент взрыва составлял от 4 до 34 тонн.

В реакторе произошел тепловой взрыв. В результате причин, о которых будет сказано несколько позже, в реакторе началось интенсивное парообразование. Затем произошел кризис теплоотдачи, разогрев топлива его разрушение, бурное вскипание теплоносителя, в который попали частицы разрушенного топлива, резко повысилось давление в технологических каналах. Это привело к тепловому взрыву, развалившему реактор.

Взрывы в 4-м реакторе ЧАЭС сдвинули со своего места металлоконструкции верха реактора, разрушили все трубы высокого давления, выбросили некоторые регулирующие стержни и горящие блоки графита, разрушили разгрузочную сторону реактора, подпиточный отсек и часть здания. Осколки активной зоны и испарительных каналов упали на крышу реакторного и турбинного зданий.

Была пробита и частично разрушена крыша машинного зала второй очереди станции.

Разрушение реактора обеспечило доступ воздуха, что привело к горению графита. В различных местах энергоблока вспыхнули пожары, вызванные повреждением электрокабелей и раскаленными элементами активной зоны.

Несмотря на взрывы, все три оставшихся блока продолжали действовать. Не был поврежден даже третий реактор, который технически тесно связан с аварийной ядерной установкой.

Вместе с тем возникла ситуация, при которой следовало остановить все реакторы. Третий блок остановили в 5 ч. 26 апреля. Первый и второй блоки заглушили соответственно в 1 час 13 мин и 2 часа 13 мин 27 апреля 1986г. Все аппараты затем были подготовлены к длительной стоянке в холодном состоянии, а оборудование станции после аварии перевели в положение холодного резерва.

Причины аварии на ЧАЭС, ее развитие исследовались ведущими учеными и специалистами с использованием данных о состоянии реактора и его систем перед аварией, математических моделей энергоблока и его реакторной установки и электронно-вычислительной техники. В итоге удалось восстановить ход событий, сформулировать версии о причинах и развитии аварии. Эта информация и была доложена экспертам МАГАТЕ.

25 апреля 1986 года ситуация развевалась следующим образом. 1ч 00 мин – согласно графику постановки реактора на планово-предупредительный ремонт персонал преступил к снижению мощности аппарата, работавшего на машинальных параметрах.

13ч 05мин – при тепловой мощности 1600 МВТ отключен от сети турбогенератор W7, входящий в систему четвертого энергоблока. Электропитание собственных нужд (ГЦН и другие потребители) перевели на турбогенератор W8.

14ч 00мин – в соответствии с программой испытаний отключается система аварийного охлаждения реактора. Поскольку реактор не может эксплуатироваться без системы аварийного охлаждения, эго необходимо было остановить. Однако диспетчер “Киевэнерго”не дал разришение на глушение аппарата и реактор продолжал работать без САОР.

23ч 10мин – получено разрешение на остановку реактора. Началось дальнейшее снижение его мощности до 1000-7000 МВт (тепловых), как и предусматривалось программой испытаний. Но оператор не справился с управлением, в результате чего мощность аппарата упала почти до нуля. В таких случаях реактор должен глушиться. Но персонал не посчитался с этим требованием. Начали подъем мощности.

В 1ч 00мин 26 апреля персоналу наконец удалось поднять мощность реактора и стабилизировать ее на уровне 200МВт (тепловых) вместо 1000-7000, заложенных в программе испытаний.

В 1ч 03мин и 1ч 07мин – к шести работающим главным циркуляционным насосам дополнительно подключили еще два, чтобы повысить надежность охлаждения активной зоны аппарата после испытаний.

Подготовка к эксперименту

1ч 22мин 30с – по данным распечатки программ быстрой оценки состояния, в активной зоне находилось всего 6-8 стержней. Эта величина примерно в двое больше предельно допустимой, и опять реактор требовалось заглушить.

1ч 23 мин 04с – оператор закрыл сторонно-регулирующие клапаны турбогенератора W8. Подача пара на него прекратилась. Начался режим выбега. В момент отклонения второго турбогенератора должна была бы сработать еще одна автоматическая защита по остановке реактора. Но персонал, зная это, заблаговременно отключил ее, чтобы, по видимому, иметь возможность повторить испытание, если первая попытка не удастся.

В ситуации, возникшей в результате нерегламентированных действий персонала, реактор попал (по расходу теплоносителя) в такое состояние, когда даже небольшое изменение мощности приводит к увеличению объемного паросодержания, во много раз большему, чем при номинальной мощности. Рост объемного паросодержания вызвал появление положительной реактивности. Колебания мощности в конечном итоге могли привести к дальнейшему ее росту.

1ч 23мин 40с – начальник смены 4-го энергоблока понял опасность ситуации, дал команду старшему инженеру управление реактором нажать кнопку самой эффективной аварийной защиты (АЗ-5). Стержни пошли вниз, однако через несколько секунд раздались удары, и оператор увидел, что поглотители остановились. Тогда он обесточил муфты сервоприводов чтобы стержни упали в активную зону под действием собственной тяжести. Но большинство стержней-поглотителей так и остались в верхней половине активной зоны.

Ввод стержней, как показали позже специальные исследования начавшиеся после нажатия кнопки АЗ, при создавшемся распределении потоков нейтронов по высоте реактора оказался неэффективным и также мог привести к появлению положительной активности.

Произошел взрыв

В сущности, колониальное положение Украины, отсутствие национальной экологической политики и собственной концепции национальной безопасности, составной частью которой есть ядерная безопасность, марионетковость республиканских органов власти при условиях существования унитарно-тоталитарной администратавно-командной модели в развитии отрицательно влияли на формирование характера и масштабов антропогенного влияния на естественная окружающая среда, которая привела к активному строительству и размещению в Украине экологически опасных производств, их чрезмерной концентрации, недостаточного контроля за их функционированием без учета природно-географических факторов, низкой эффективности использования экономико-научно-технического потенциала в интересах решения социально-экономических и природоохранных проблем.

Социалистическое государственное устройство и неограниченная партийная власть оказывали содействие принятию некомпетентных волевых решений из ряда экологически опасных проектов, гигантомании, тотальной милитаризации экономики и, как следствие, отсутствия средств для решения экологических и социальных проблем развития. За характером и масштабами исследования в украинской историографии чернобыльская проблематика, как проявление тенденции с глобальными последствиями, принадлежит к числу “белых пятен”.

Она стала социально-экологической границей политики псевдотехнокритического развития, тоталитарного советского общества, знаковым для человечества символом тысячелетия, которое прошло, социально-экологическим рубиконом перейти который планетарной цивилизации не дан. Общество и до сих пор имеет лишь приблизительное представление про фактическую радиационную ситуацию, масштабы загрязнения площадей и ресурсов.

“Десятилетия административного диктата привели к ухудшению, деформированию структуры украинской экономики. Авария на ЧАЭС есть следствием не только кричащей безответственности, а и притупления ощущения опасности, заложенной в этой самоедской структуре”, – подчеркивал президент Украины Л.Д. Кучма. Техногенная нагрузка на окружающую среду превышает сейчас максимально допустимые границы в 10-15 раз. Чернобыль, об угрозе которого постоянно и постоянно и не раз предупреждала украинская наука, стал катастрофическим, но не единым напоминанием о масштабах и возможных последствиях этой угрозы. За последние 25-35 лет количество технологически опасных явлений техногенного характера увеличилась в Украине в 3-5 раз.

Развитие аварии

Взрыв на АЭС произошел в 1 час 23 минуты. В 3:25 мин. начальник штаба ГО Чер­нобыльской атомной электростанции С. Воробьёв доложил дежурному штаба ГО Киев­ской области об аварии. О её характере и масштабах сообщено не было.

По словам С. Воробьёва, других очевидцев и непосредственных участников событий на АЭС, происходило следующее.

Прибыв на станцию около 2 часов 25 мин., начальник штаба ГО АЭС по указанию директора Брюханова открыл убежище, куда стал собираться руководящий состав. Как выяснилось в дальнейшем, помещение было прекрасным местом для размещения органов управления, осуществления непосредственного руководства по ликвидации последствий аварии. К сожалению, другое такое же убежище использовалось по прямому назначению из-за недостатков в его содержании оказалось невозможным. А ведь ещё осенью 1985 г . Штаб Гражданской Обороны СССР в ходе проверки указал руководству станции на серь­ёзные недоработки в оборудовании этого убежища. Устранить их не удосужились, про­изошедший взрыв, привел к пожару, совместными силами огнеборцев атомной станции и пожарных других подразделений пожар ликвидирован. Радиоционная обстановка на АЭС и в г. Припяти опасности не представляет. Затем были определены задачи прибывшей группы работников штаба гражданской обороны области: уточнить радиационную обста­новку на месте аварии и др. По сути дела, это явилось началом ведения разведки силами ГО и вообще разведки в районе АЭС.

Первые измерения проводились дозиметрическими приборами, которые по своим пределам измерений не могли дать полной объективной информации об уровнях ионизи­рующего излечения.

Поэтому требовалось срочно достать другие приборы и выяснить реальную угрозу. Кроме того, в таких условиях, помимо общих, необходимы были и индивидуальные за­меры, т. е. каждый из работников, находящийся в опасной зоне, обязан иметь личный прибор. Они бывают разные. Одни прикалываются к одежде, другие — прикрепляются к карману, как авторучка. Такой «карандаш» имеет небольшое окошечко, глядя в которое можно сразу узнать полученную дозу облучения. Такие дозиметры на станции имелись, но находились под замком и, кроме того, не были подготовлены к работе.

Директор станции, не смотря на то, что в его подчинении находилась специальная служба дозиметрического контроля, всё-таки поручил составить отчет об уровнях радиа­ции не ей. Это сделал секретарь парткома, который находился рядом с директором.

Информация, представленная дозиметром АЭС, носила сравнительно спокойный ха­рактер. Её давали на основании измерений маломощных приборов. Так был подготовлен документ, из которого следовало, что уровни радиации действительно повышены, но не до такой степени, чтобы объявить общую тревогу, проводить какие-то массовые преду­предительные мероприятия.

Чтобы проверить всё на месте, в район 4-го энергоблока направили специалистов. Но, побывав там, они не доложили, что реактор разрушен. Вместе с тем от других людей поступали и тревожные сообщения. Например, сведения о реакторном графите, найден­ном на территории энергоблока. Десятки людей уже поступили в медсанчасть.

В общем, оснований для того, чтобы серьезно встревожиться, было достаточно, но должных выводов сделано не было.

Отсюда следовали и практические действия. В результате с территории станции были выведены далеко не все люди, без которых вполне можно было обойтись. Для тех же, кто все-таки требовался на своём рабочем месте, не определили графика пребывания в опасных условиях. Не было сделано и предупреждение об опасности, чтобы утром люди не шли на работу на объекты в районе ЧАЭС. Обстановка требовала введения целого ряда ограничений как на самой АЭС, так и в городе. Но ничего этого не сделали. Утром, как всегда на станцию приехала очередная вахта. И всех пропустили на свои рабочие места.

На тот факт, что реактор разрушен, указывали многие обстоятельства. Скажем, ин­тенсивное свечение над аппаратом и высокая температура вокруг него. Кроме того, ра­ботникам попадались разбросанные на территории АЭС блоки графита. Были и иные до­казательства. Кое-кто утром даже рассмотрел повреждённый реактор из бинокля.

Следовательно, говорить о том, что определить истинную картину аварии не пред­ставлялось возможным, нелепо. Другое дело, что эта авария случилась впервые за всю ис­торию атомной энергетики. Поэтому в её возможность не верили, последствий случивше­гося практически никто не представлял. И всё-таки руководители ЧАЭС явно уходили от той информации, которая говорила о серьёзности положения дел.

Руководители города решили не пугать народ, никаких экстренных объявлений по радио не делать. Правда, определённые меры безопасности всё-таки приняли. Город на­чали мыть поливной машиной. С улицы убрали некоторые торговые точки. Детям в школе выдали йодистые препараты. Не очень организованно, но с обеда их получало уже и насе­ление.

Некоторые горожане, кто больше, кто меньше, уже знали о случившемся. Определённая тревога у людей, конечно, была, но абсолютно отсутствовали признаки паники.

На территории ЧАЭС и в некоторых других местах действительно необходимо было принятие крайних мер для обеспечения безопасности людей. Но в самом городе Припять радиационная обстановка объективно ещё не требовала немедленной эвакуации.

Что касалось самостоятельного выезда за город, то здесь людей подстерегала явная опасность. На некоторых, подходящих к городу дорогах, в части ближайшего к городу леса, в районе железнодорожной станции имелись радиоактивные пятна, действительно опасные для жизни человека. Вот почему любые самостоятельные передвижения из го­рода были недопустимы.

26 апреля трудно было ещё делать какие-то серьезные выводы. Радиационная обстановка, поведение развалившегося реактора, характер и интенсивность его выбросов только-только изучались.

Ситуация, если за сто км. от Киева относить взрыв на АЄС, а правительство Украин­ской республики своевременно не известили об опасности радиационного облучения на­селения, кажется абсурдной и недопустимой в любом цивилизованном государстве. Тем не менее, в Украине происходило именно так. Хроника получения информации выглядела таким образом: 26 апреля 1986 г . — Председатель Совета Министерств СССР М. Рижков позвонит к Председателю Совета Министров Украины О. Ляшку в 2-й часу 40 минут на Чернобыльской станции. Это было первое сообщение на правительственному уровне про катастрофу на ЧАЭС.

26 апреля был исходный день. Утром членов правительства Украины созвали на срочное заседание. Никто из членов не знал истинно, что же произошло не ЧАЭС. Гово­рили о пожаре, который на восьмой час утра ликвидировали подразделы пожарной ох­раны. Обеспокоенность, вопреки отсутствию надлежащей информации, все-таки заста­вила употребить первых предупредительных мер. К Припяти направили полк гражданской обороны, подразделы МВД и КГБ, курсантов учебных заведений милиции Киева. Но все службы действовали «наугад», ведь информации о размерах аварии и опасности для окру­жающей среды в первый день после катастрофы в Киеве не было. Директор станции В. Брюхаов, в соответствии с предписанием, сообщил о нештатной ситуации очередного Министерства энергетики СССР, который и позвонил по телефону М. Рижкову. Вся ин­формация на ЧАЭС и дальше поступала в Москву.

Лишь на 15-ту час 26 апреля 1986 года, если к Припяти прибывшая комиссия Министерства энергетики СССРНА лбе с министром В. Майхрцем, украинское правительство официально сообщили, что реактор полностью разрушен и в атмосферу поднимаются мощные выбросы радиоактивных частичек.

Председатель Совета Министров Украины О. Ляшко дал распоряжения о мобилиза­ции транспорта на случай эвакуации жителей из пораженной местности. Отвечал за про­ведение по подготовке эвакуации заместитель Председателя Совета Министров УССР К. Масик. Через несколько часов задачи по организации спец. колон автотранспорта было выполнено. В полночь по распоряжению Совета Министров УССР колоны автобусов от­правились в зону бедствия. В 4-ом часу утра 27 апреля весь автотранспорт сосредоточился близ Чернобыля и полностью был готовый к вывозу людей.

Казалось бы, сработали оперативно, четко, но… Не имел украинское правительство надлежащих полномочий. Восемь часов в зоне повышенной радиации и транспорт, и люди ожидали разрешения на выезд.

Через 3 дни после взрыва повышенный радиационный фон зарегистрировали в Житомире (в 10-20 раз), Ровно (почти в 10), в Львове и Киеве (в 2-3 разы). Резкое повышение Р-фона зафиксировали на дорогах, транспорте, шерсти животных, в водоёмах за 100 км от ЧАЭС. Ситуация ухудшалась с каждым часом и требовала соответственной реакции со стороны власти. Но каждый шаг нужно было согласовать с Москвой. Решиться и запре­тить Киевскому областному исполнительному комитету привлекать детей к работе на от­крытой местности. 29 апреля впервые оповестили про радиационную опасность жителей Киева и районов Киевской и Житомирской областей. Медики локально начали проводить профилактику препаратами йода население Киева и области. Необходимо было принимать более кардинальные решения.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

6 + 20 =